Эпоха
1914 год: канун Первой мировой
До Сараева полгода. Союзы, которые утянут Европу на дно, уже подписаны, планы развёртывания лежат в сейфах генеральных штабов, а мировой войны не хочет никто. Берлин боится окружения и держит план войны на два фронта. Вена считает Сербию, выросшую вдвое за две Балканские войны, угрозой своему существованию. Петербург вооружается так быстро, что пугает и противников, и союзников. Лондон считает дредноуты, а в Константинополе только что принял командование германский генерал.
Обстановка
До Сараева шесть месяцев. Четыре империи целы, союзы, которые утянут их на дно, подписаны, и у каждого генерального штаба есть расписание. Мировой войны не хочет никто. Возьмите трон или республику и узнайте, обязан ли выстрел в Сараеве значить хоть что-нибудь.
Что назревает
Июльский кризис. Выстрел, ультиматум, частичная мобилизация, которую невозможно остановить на половине. В партии эта цепочка не предопределена: она собирается из ваших решений и решений держав, которым игра даёт собственную волю.
Балканы. Сербия после двух войн, Болгария с обидой, Османская империя, теряющая Европу. Любая пара здесь может сцепиться и без сараевского повода.
Гонка флотов. Дредноуты считают в Лондоне и Берлине, и счёт этот политический: каждый новый корпус на стапеле — довод для тех, кто требует договориться, и для тех, кто требует строить.
Миссия в Константинополе. Германский генерал во главе турецких войск у проливов — оскорбление для Петербурга и рычаг для Берлина. Кто станет союзником Османов, решается в эти месяцы.
За кого сесть
Германия. Сильнейшая армия континента и чувство, что окно возможностей закрывается: русская военная программа рассчитана на 1917 год. Ждать — значит проиграть время.
Австро-Венгрия. Одиннадцать народов, две армии, один старый император. Держава, для которой любая решительность опасна, а нерешительность смертельна.
Россия. Огромная армия, медленное развёртывание, обязательства перед Парижем и Белградом и промышленность, которую перевооружение только начало догонять.
Османская империя. Проливы, долги, немецкие инструкторы и соседи, которые уже делят её наследство. Партия за Стамбул — это игра за то, чтобы наследство не открылось.
Как игра это разыгрывает
Телеграф уже связывает столицы, но армии двигаются железными дорогами по расписанию: объявленная мобилизация — почти необратимый шаг, и игра считает её как решение, а не как фон. Фронт стоит там, где перевес мал, и стоячая война съедает дивизии обеих сторон неделя за неделей; наступление без продвижения стоит дороже обороны.